Голодная трясина жадно булькала нам вслед, но мы не оглядывались. Промокшие и уставшие, мы наконец-то выбралис

Голодная трясина жадно булькала нам вслед, но мы не оглядывались. Промокшие и уставшие, мы наконец-то выбрались на твердую землю. И вот перед нами предстал своего рода дворец — просторная хижина из засохшей грязи, украшенная камешками, костями, пуховками камышей, ракушками и прочим хламом. На площадке прямо перед "дворцом" был вырыт большой, но неглубокий бассейн правильной овальной формы. В зацветшей воде отражались листья огромных папоротников и полуразвалившиеся глиняные статуэтки, беспорядочно расставленные вокруг.