Полуорк качает головой: "Нет. Тебе не за что просить прощения. В наших отношениях давно уже была трещина. Я ду
Полуорк качает головой: "Нет. Тебе не за что просить прощения. В наших отношениях давно уже была трещина. Я думал, что все как-нибудь само исправится, а она росла и росла... А потом все — хрусь! — и развалилось".
