"Я не знаю, смог ли бы я выжить без Октавии, на одном упрямстве. Наверное, нет. Сдался бы и сдох. Но мне надо

"Я не знаю, смог ли бы я выжить без Октавии, на одном упрямстве. Наверное, нет. Сдался бы и сдох. Но мне надо было вытащить из этой мясорубки мою девочку. А она... Она верила и надеялась за нас обоих. Когда я лежал с исполосованной в мясо спиной, она шептала мне о Речных королевствах, где нет рабства, каждый может идти, куда хочет и брать, что вздумается".