Ноиль Лионель "Последнее искушение паладина"

"Обессиленный Угумаш с усталым рыком рухнул на скомканные простыни. Пот заливал ему глаза, и без того набрякшие от усталости и напряжения. Или это были слезы? Он бы предпочел пот — пряный пот воина и самца, а лучше кровь — вражескую, алую, горячую, добытую в беспощадном бою. Но против него восстала реальность, которая пыталась убедить его в невозможном: он лежал на шелковых простынях, изнывая от неги похоти, словно безусый юнец. Единственное, что он мог сделать — не мешкая вскочить с кровати и броситься прочь от этой нимфы, что околдовала его магией, ведомой лишь распутнейшим из девок. Голод неуклюже шевельнулся в пустом желудке Угумаша. Верно, в этом все дело! Он бы с большим удовольствием умял сейчас кусок мяса внизу, в харчевне. Полуорк сел на край кровати и презрительно выцедил тягучую слюну на уже и без того заплеванный дощатый пол и скользнул взглядом по своей добыче. Элиэра! Проклятая ведьма! Тонконогая и пышнобедрая эльфийка — обнаженная, лишь волосы прихвачены костяным драконом — лежала на кровати и водила пальцем по затейливым узорам, извивающимся на ее ненасытном теле. От этих манящих жестов Угумаша совсем замутило. Думать ему было невмоготу, и он никак не мог разобрать — какая из частей его плоти жаждала немедленного удовлетворения? — Слыхала я про полуорков, — добавила масла в огонь Элиэра. — Но вижу, что не сравнится и лучший из них с могучим Ироветти. Сдается мне, что после Его Величества чудес в моей постели более не случится. Довольствоваться лишь тенью — отныне мой удел. Но ты не переживай, мой воин… Угумаш не успел осмыслить слова Элиэры. Внезапно гул таверны на нижнем этаже утих — словно рубанули топором. Животный инстинкт заставил Угумаша потянуться за кривым палашом, припрятанным под сваленной на полу одеждой. Через мгновение дверь комнаты распахнулась, и на пороге возникла зловещая тень. Угумаш выпрямился, поднимая оружие и смеривая незнакомца взглядом. Полуорка тенями не напугать, это от его вида пусть все трепещут. Незнакомец в пыльном рубище шагнул ему навстречу. Его глаза под капюшоном на миг блеснули неистовой яростью. Но меч в его руках сиял еще ослепительнее. Полуорк узнал Воздаяние Альбальдира — этот клинок он ни с чем не спутает! Как же он оказался в руках бродяги?! Постичь это было непосильной задачей для полуорка, но тот и не желал ответов: взревев, он взмахнул оружием и бросился на наглеца…"