Глубокой ночью генерал просыпается ото сна, ощущая тягостное оцепенение. Тьма вокруг так глубока, что, даже по

Глубокой ночью генерал просыпается ото сна, ощущая тягостное оцепенение. Тьма вокруг так глубока, что, даже поднеся руку к лицу, она не видит ее. Вокруг — ни звука, генерал не слышит даже дыхания своих спутников. Только вдруг где-то справа… нет, наверное показалось… теперь — слева. И сверху. Везде вокруг. Шорохи. Шорохи. Шорохи.