Жрица заходится смехом: "А где же ты и твой страх были раньше, ? Поздно — мы повязаны с тобой нитями, что креп

Жрица заходится смехом: "А где же ты и твой страх были раньше, ? Поздно — мы повязаны с тобой нитями, что крепче кровных уз и клятв. Ты мой, , а я, просившая за тебя Ламашту — твоя". Глаза Цанны стекленеют, а последние слова звучат почти монотонно.