"Конечно. Каждый раз, когда мой живот начинал расти, я молилась о благословении той, на чье покровительство я

"Конечно. Каждый раз, когда мой живот начинал расти, я молилась о благословении той, на чье покровительство я уповаю", — Цанна отводит глаза, машинально почесывая загривок пищащей крысы. — "Но Ламашту не послала мне своих даров. Каждый детеныш, вышедший из моего лона, был отвратительным выродком без единого изъяна. Я поняла, что мой путь служения — иной, и выбрала стезю жрицы".