"Помню руки отца — мозолистые, все в шрамах... Кожа светлая — значит, свою, зеленую, я получил от матери. Но м

"Помню руки отца — мозолистые, все в шрамах... Кожа светлая — значит, свою, зеленую, я получил от матери. Но маму я совсем не помню. Еще, вроде, с другим пацаном-полуорком возился... Брат, наверное? Его почему-то не продали, только меня. Отец ему свой кинжал давал играть. Мне не давал... Тьфу, не хочу вспоминать. Забудь это все, считай, что я сирота", — Регонгар с кислым лицом машет рукой.